«Я ничего не знаю про театральные традиции»: Кто такая Евгения Сафонова

— ДАВАЙТЕ ОТДЕЛЬНО ОБСУДИМ СПЕКТАКЛЬ ПРО ЭКОЛОГИЮ. В РОССИЙСКОМ ТЕАТРЕ, КАЖЕТСЯ, ПРОСТО НЕТ ЕЩЕ ОДНОГО ЧЕЛОВЕКА, КОТОРЫЙ СПОСОБЕН СЕРЬЕЗНО И С ПОНИМАНИЕМ ГОВОРИТЬ ПРО, ДОПУСТИМ, АНТРОПОЦЕН. А КАК У ВАС СФОРМИРОВАЛСЯ ИНТЕРЕС К ЭТОЙ ТЕМЕ?

— Спектакль «Лицо Земли», если задуматься, тоже про человека. Про состояние человеческого мышления, которое отражается на физическом, материальном уровне — в неуемном потреблении, алчности, консьюмеризме, неумении существовать в балансе.

На репетициях мы много говорили о том, что человек зря так переживает из-за того, как оставить след в истории. Об этом вовсе не стоит беспокоиться, потому что после каждого из нас остается материальный след из груд мусора. И я старалась выбрать из труппы Петербургского ТЮЗа артистов, способных включиться в эту тему. Хотя были прецеденты, когда актеры во время кастинга говорили, что это все пустая трата времени. Как, мол, в театре можно рассуждать об экологии... Но в результате все-таки сформировалась группа артистов, которым было интересно подумать о том, как человек влияет на мир, созданный 4,5 миллиарда лет назад и живущий по законам, с которыми мы сегодня входим в противоречие, возможно, фатальное.

— ПРИ ВСЕЙ ШИРОТЕ ТЕМ ЕСТЬ ОЩУЩЕНИЕ, ЧТО МЕТОД РАБОТЫ У ВАС СТАБИЛЬНЫЙ. НАПРИМЕР, ПОЧТИ ВО ВСЕХ РЕЦЕНЗИЯХ И ИНТЕРВЬЮ РАССКАЗЫВАЮТ, НАСКОЛЬКО НЕПРИВЫЧНО МЕДЛЕННО И ВДУМЧИВО ВЫ РАБОТАЕТЕ С АКТЕРАМИ. КАК СТРОИТСЯ ЭТОТ ПРОЦЕСС?

— Да, привычный для меня модус сочинения спектакля требует больше времени для репетиций, чем это принято сегодня. Мне неинтересно придумывать спектакль в голове, внедряя артистов в уже готовый замысел. Хотя, скажем, «Лицо Земли» было сделано именно так. Какие-то детали, конечно, менялись в процессе репетиций, но большая часть спектакля была придумана с драматургом и художником до первой встречи с актерами. Тогда я поняла, что мне такой способ не очень близок. Слишком мало в репетиционном процессе было зазоров для неожиданного, для импровизации, для каких-то инсайтов.

Поэтому я предпочитаю работать не с пьесами, а с прозой. Она оставляет больше пространства для маневров. Для меня очень важен фактор открытий в ходе репетиций — когда актер может бессознательно подсказать новый смысловой поворот или когда на процесс создания спектакля влияют жизненные ситуации, в которых я оказываюсь. Тогда я связываюсь с реальностью — и спектакль конструируется в русле жизненного потока. Конечно, очень тревожно, когда система спектакля совершенно непредсказуемым образом складывается сама собой. Ты каждый раз до конца не понимаешь, соберется ли спектакль, — потому что отсутствует фундамент готовой концепции, цельная система, на которую, конечно, проще опереться. Приходится каждый раз рисковать, тратится огромное количество нервных клеток, — но, в конце концов, при удачном стечении обстоятельств спектакль может удивить прежде всего тебя самого. Если это происходит, это всегда большая радость.

— ДРУГАЯ СОСТАВЛЯЮЩАЯ МЕТОДА — СЦЕНОГРАФИЯ, СКОРЕЕ ГАЛЕРЕЙНАЯ, ЧЕМ ТЕАТРАЛЬНАЯ ПО ЭСТЕТИКЕ. ИНТЕРЕСНО УЗНАТЬ О ВАШИХ ВИЗУАЛЬНЫХ РЕФЕРЕНСАХ — И В ТЕАТРЕ, И ЗА ЕГО ПРЕДЕЛАМИ.

— Я предпочитаю говорить не о сценографии, а о чем-то более простом, прикладном — о пространстве спектакля. Это мета-пространство определяется произведением, с которым мы работаем. Художественным миром автора, его синтаксисом, языком, всем тем, чем заряжен тот или иной текст. Я никогда не думаю о сценографии как о чем-то самостоятельном, отвлеченном. У меня в лексиконе даже нет термина «декорация»: он используется только в технической документации на спектакль.

Полный текст интервью можно прочитать здесь




Специальная линия «Нет коррупции!»
Охрана труда
Продолжая использовать сайт tyuz-spb.ru, вы соглашаетесь на условия использования сайта. Более подробную информацию можно найти в Политике конфиденциальности.
Яндекс.Метрика